Прошло три года с того субботнего утра, когда боевики ХАМАС прорвали границу и устроили самую страшную резню евреев со времён Холокоста. Оглядываясь назад, приходится признать вещь неприятную: главный и самый тревожный урок 7 октября касается не Израиля. Он касается Запада.
Цели у ХАМАС были понятные. Поставить Израиль на колени. Отнять у израильтян чувство безопасности. Поджечь весь регион и похоронить нормализацию отношений с арабским миром. И, как записано в идеологии этой организации и всех организаций мусульманских террористов, уничтожить еврейское государство.
Ничего этого не случилось. Израиль истекал кровью, но не рухнул. Он собрался, мобилизовался, вступил в бой и сломал военную машину ХАМАС.
Мир должен был понять. Не понял
В первые дни после 7 октября в Израиле и далеко за его пределами многие думали одно и то же. Сожжённые дома в кибуцах. Сотни молодых людей, расстрелянных на фестивале «Нова». Младенцы и старики сожженные заживо, изнасилованные и убитые женщины и дети, сотни увезённых в Газу заложников. Видео, которые террористы снимали сами и с гордостью выкладывали в сеть. Казалось, после такого никаких «но» и «с другой стороны» быть уже не может. На этот раз мир наконец поймёт, с кем Израилю приходится иметь дело, и встанет на его сторону.
Мир не понял. И на сторону Израиля не встал. Вышло ровно наоборот: ненависть к евреям выросла многократно, и выросла не за месяцы войны, а буквально за часы.
Именно время здесь говорит больше всего. Волна антисемитских инцидентов поднялась 7 и 8 октября, когда Израиль ещё собирал тела своих убитых и не начал масштабную операцию в Газе. Во многих странах Европы мусульмане праздновали резню евреев. Про мусульманские страны и говорить ничего не надо.
Британская организация CST, которая ведёт учёт с 1984 года, фиксирует это прямо: резкий всплеск антисемитских инцидентов в Великобритании начался сразу после нападения ХАМАС, ещё до какого-либо ответа Израиля. По улицам европейских городов в эти дни срывали плакаты с лицами похищенных детей.
Цифры за три года складываются в очень мрачную картину. В 2023 году CST зафиксировала в Великобритании 4298 антисемитских инцидентов — абсолютный рекорд; в 2024-м их было 3556, а в 2025-м — 3700, второй по величине показатель за всю историю наблюдений. В среднем это 308 инцидентов в месяц, ровно вдвое больше, чем в год до 7 октября. Впервые каждый месяц года давал больше 200 случаев — раньше такой уровень достигался только во время войн с участием Израиля.
В США 2024 год стал рекордным — 9354 инцидента. В 2025-м общее число снизилось, в основном за счёт кампусов, но легче не стало: по данным ADL, это был один из самых жестоких годов для американских евреев — рекордные 203 физических нападения и три убийства. Двое сотрудников израильского посольства, застреленные у Еврейского музея в Вашингтоне. Нападение на марш в поддержку заложников в Боулдере. В Манчестере теракт у синагоги в Хитон-Парке на Йом Кипур унёс жизни Адриана Долби и Мелвина Кравица — это первое антисемитское нападение со смертельным исходом в Британии с начала наблюдений, больше сорока лет назад. И 40 антисемитских инцидентов в день этого теракта и ещё 40 на следующий, больше половины из них прямо ссылались на нападение или праздновали его. Потом была Хануки на пляже Бонди в Сиднее. Исследователи Тель-Авивского университета подсчитали: 20 погибших в Австралии, Британии и США сделали 2025 год самым смертоносным для евреев годом с 1994-го.
Всё это разбивает удобное объяснение, будто антисемитизм — просто реакция на кадры из Газы. Часть Запада Газы даже не дождалась. На евреев нападали потому, что евреев только что убивали. Сама резня стала сигналом: можно.
Откуда растут корни
ХАМАС появился как палестинское ответвление «Братьев-мусульман», и в его собственном уставе это записано открытым текстом. Но более широкому исламистскому движению вовсе не обязательно брать в руки автомат, чтобы пожинать то, что посеял ХАМАС. Французское правительство в докладе о «Братьях-мусульманах» и политическом исламе, опубликованном в прошлом году, описывает стратегию медленного проникновения в общественные институты — школы, ассоциации, местную политику, — цель которой выстроить параллельную идеологическую реальность внутри европейского общества, чтобы уничтожить это самое западное общество и построить на его месте исламский халифат.
Именно здесь Запад и оказался беззащитным. В университетах, на улицах, в соцсетях слово «ХАМАС» прославлялось и растворялось в потоке эвфемизмов, а «сионист» постепенно превращался из названия политической позиции в ругательство. Ключевую роль в этом сыграли левые политики и активисты. Левые слились с мусульманскими террористами в союз против евреев и западной цивилизации.
Сложилась среда, в которой антисемитизм снова получил общественную лицензию. Теперь он называет себя «антисионизмом», говорит языком «сопротивления», «деколонизации» и «справедливости» — и бьёт по всем евреям без разбора, в Лондоне, Сиднее и Вашингтоне, где до Израиля тысячи километров.
Израиль знает своих врагов. Запад своих не видит
Это опаснее любого террориста с оружием. У Израиля нет иллюзий: он знает, что окружён врагами, и у него есть армия, разведка и границы. Запад до сих пор не умеет распознать идеологическую атаку, когда она приходит в его собственной одежде, через его же университеты, его же свободу слова, его же принципы прав человека.
В этом, пожалуй, и состоит горькая ирония 7 октября. Уничтожить Израиль ХАМАС не смог. Зато показал, как легко враждебная идеология, которую Запад из-за своего левацкого безумия до сих пор боится назвать по имени, проникает в самое сердце западного общества.
Израиль после 7 октября понял, что на него напали. Запад этого ещё не понял. И похоже, пока понять не способен. События во Франции, когда мусульмане безнаказанно громят города, нападают на местных жителей и полицейских, сжигают школы и магазины, лишнее этому доказательство.