В середине декабря прошлого года Евросоюз согласовал крупный пакет финансовой помощи Украине на 2026–2027 годы — 90 млрд евро. По словам президента Кипра Никоса Христодулидиса, значительная часть этих средств будет связана с оборонными расходами Украины, остальное — с поддержкой её бюджета. Одновременно в ЕС обсуждали возможность использования замороженных российских активов, но решение по этому механизму было отложено.
Кипр, как государство-член ЕС, участвует в общеевропейской поддержке Киева и следует общей линии Брюсселя в отношении Москвы — санкции, заморозка активов и финансовая помощи Украине. ЕС демонстрирует, что готов поддерживать Украину столько, сколько потребуется.
Данное решение рушит надежды Москвы на исчерпание ресурсов Украины в навязанной ей войне на истощение. Более того, всё явственнее проступают контуры близкого коллапса экономики России и исчерпание ресурсов военной машины Кремля.
В этих условиях Кремль запустил гибридную операцию против Кипра, с целью подорвать поддержку Украины изнутри Евросоюза, задействовав как свою внутреннюю агентуру влияния, так и внешний механизм давления.
23 декабря, за считанные дни до того, как Кипр 1 января 2026 года принял председательство в Совете ЕС, давний агент влияния России, лидер коммунистической партии АКЕЛ, Стефанос Стефану, направил правительству запрос с требованием разъяснить, какой будет доля Кипра в будущих выплатах по общеевропейскому кредиту на €90 млрд. При этом он отдельно акцентировал, что Кипр не должен оплачивать «военные расходы» Украины ссылаясь на то, что, по имеющейся информации, около 70% пакета связано с обороной.
Формально это выглядит как стандартная парламентская процедура — контроль и прозрачность. Но именно такая постановка вопроса открывает возможность задать следующий вопрос: «а сколько мы платим и почему?».
Дальше включается типовой набор тезисов, разработанный российской пропагандистской машиной и удобных для разгона через политические заявления, медиа и соцсети. Их задача не обсуждать суть вопроса, а разрушать солидарность и разобщать ЕС изнутри:
«Мы финансируем чужую войну вместо своих проблем. У нас своих проблем достаточно».
«Кипр втягивают в чужой конфликт».
«Нас заставляют платить за решения больших стран».
«Помощь Украине не в интересах Кипра».
Эти тезисы работают на отвлечение внимания от проблемы: они переводят вопрос безопасности Европы в мелочную бухгалтерию и подменяют стратегию коллективной безопасности Евросоюза раздражением и стенаниями о двойных стандартах. Запрос генсека АКЕЛ сознательно сдвигает центр внимания от темы коллективной безопасности Европы и стратегической необходимости поддержки Киева в сторону эмоционального обсуждения оплаты «чужих» счетов.
Агент Москвы Стефану, умело сформулировал вопрос так, чтобы он звучал как раздражитель для кипрских избирателей, с заранее заданной негативной коннотацией и удобной для для возгонки «народного гнева» сторонниками «мира» и прекращения помощи Украине.
А уже через два дня, 25 декабря 2025 года, Москва перешла к внешнему контуру давления. Юрий Пилипсон, глава Второго европейского департамента МИД РФ, выступил с заявлением для государственного агентства ТАСС: он обвинил руководство Кипра в том, что оно «присоединилось к конфронтационной позиции ЕС» в отношении России, и фактически пригрозил ответными мерами. Параллельно он раскритиковал военную помощь Греции Украине, пытаясь расширить давление на региональном уровне.
В своём заявлении Пилипсон утверждал, что Республика Кипр «всё больше втягивается» в конфронтационный курс ЕС. Он обвинил кипрских лидеров в активной поддержке Украины — в том числе в намерении продолжать финансовую и военную помощь Киеву и поддерживать инициативы ЕС по расширению оборонных возможностей под предлогом «российской угрозы», которую он назвал ложной.
Отдельно Пилипсон указал на заявленную готовность Кипра участвовать в любой будущей международной структуре, направленной на обеспечение безопасности и стабильности Украины. По его словам, такая позиция будет учтена Москвой при оценке двусторонних отношений. Он подчеркнул, что Россия считает неприемлемыми любые действия, которые воспринимает как враждебные своим интересам, и заявил, что такие шаги «не останутся без ответа». Это не дипломатия, а прямая угроза.
Подобная российская риторика не нова. Москва регулярно пытается оказывать давление на страны ЕС, поддерживающие Украину, угрожает «ответными мерами», экономическими последствиями, устраивает дипломатические демарши и проводит гибридные операции — от информационных атак до киберопераций и кампаний по дестабилизации.
В случае Кипра это давление особенно чувствительно по двум причинам. Во-первых, из-за исторических экономических связей: до 2022 года остров много лет служил одной из ключевых площадок для отмывания и хранения капитала российских корпоративных структур, связанных с кремлём. Во-вторых, из-за геополитики: Кипр — стратегическая точка в Восточном Средиземноморье, где любая попытка раскачать внутреннюю устойчивость быстро превращается в проблему не только национального, но и общеевропейского масштаба.
Но в этот раз всё гораздо серьёзнее. И заявление лидера АКЕЛ, и угроза из Москвы прозвучали за за неделю до того как Кипр принял председательство в Совете ЕС. Выбран момент, когда страна максимально уязвима для политического и информационного давления.
По сути, мы видим классическую операцию влияния Москвы: синхронное давление через внутреннюю тему денег налогоплательщиков и внешнего запугивания через дипломатический канал. Цель очевидна — заставить руководство Кипра оправдываться, повысить «цену» поддержки Украины внутри страны и, в идеале, затормозить и подорвать европейские решения в самый важный период, когда Кипр становится одним из ключевых модераторов Украинской повестки в Совете ЕС.
Мы видим, что Москва пытается «сломать» Кипр не только угрозами, но и, что куда важнее, через агентуру влияния внутри страны. Кипрские коммунисты в этой схеме выступают как внутренний проводник нужной Кремлю повестки. Они запускают долгосрочную и максимально удобную для дестабилизации и давления тему — «сколько мы платим?» и «почему?».
Кремль пытается перевести поддержку Украины из сферы европейской коллективной безопасности и солидарности в сферу внутриполитического конфликта, чтобы правительство Кипра оказалось под двойным ударом: снаружи его запугивают «ответными мерами», а внутри заставляют оправдываться перед обществом за каждый евро.
Лидер АКЕЛ официально требует от правительства разъяснить долю Кипра и это выглядит как обычная парламентская процедура. В реальности это идеальный инструмент манипуляции общественным мнением: поддержка Украины становится поводом для стенаний о «непомерных» расходах кипрских налогоплательщиков на поддержку Украины в войне, «которая не является их войной». Это старый метод российских спецслужб разработанный еще советским КГБ: перевести вопрос об обороне и коллективной безопасности в разговоры о «непомерных тратах на чужую войну, необходимости прекратить посылать оружие Украине, чтобы прекратить убийства людей, решать конфликт дипломатическим путем и бороться за мир». Всё это работает в интересах России.
Цель понятна: поднять для Никосии цену поддержки Украины до уровня, при котором любое решение начинает казаться опасным и «слишком дорогим» — и тем самым вынудить Кипр отступить, изменить позицию или хотя бы затормозить европейские механизмы помощи Киеву в момент, когда остров получает ключевую роль в Совете ЕС.
Кремль задействовал свою агентуру влияния на Кипре для манипуляций общественным мнением и пытается с её помощью сформировать негативное отношение к Украине. АКЕЛ действует строго по кремлевским методичкам: парламентский запрос запускает процесс, в котором поддержка Украины начинает восприниматься не как элемент европейской безопасности, а как навязанная и раздражающая «чужая проблема».
Москва хочет, чтобы любое решение о помощи Украине проходило через оправдания, скандалы в СМИ, истерику в соцсетях и постоянное давление на правительство. Это и есть гибридная технология России по подрыву позиции страны-члена ЕС через политическую дестабилизацию ситуации внутри государства.
Если Москве удастся раскачать политическую ситуацию на Кипре через внутриполитический конфликт по вопросу поддержки Украины, этот сценарий дальше будет использоваться в других странах ЕС.
Кипр выдержит давление и покажет, что кремлёвский шантаж не работает, а единство ЕС в вопросе поддержки Украины остается непоколебимым. Украина своим героическим сопротивлением российской агрессии защищает не только себя — она защищает всю Европу от порабощения дикой московской ордой. Это хорошо понимают в Никосии и в других европейских столицах.