Законодатели из Кипра, Греции, Израиля и США встретились в Иерусалиме на межпарламентском собрании, организованном Кнессетом, и предупредили, что по мере ослабления Ирана Турция становится основным источником региональной нестабильности в Восточном Средиземноморье.
Участники заявили, что Анкара пытается использовать стратегические пробелы и позиционировать себя в качестве гаранта безопасности в регионе. Они охарактеризовали формат «3+1» как демократическую, стабильную и надежную платформу, которая имеет решающее значение для укрепления безопасности, сотрудничества и долгосрочного партнерства в регионе.
Харрис Георгиадес, председатель Комитета по иностранным и европейским делам Палаты представителей, в своем выступлении на встрече четырех стран подчеркнул геополитическую важность Восточного Средиземноморья и необходимость углубления сотрудничества в формате «3+1» между Кипром, Грецией, Израилем и США.
По его словам, Восточное Средиземноморье либо станет источником напряженности, конфликтов и угроз международной безопасности, либо превратится в зону стабильности, инвестиций и энергетической взаимосвязи. Его дальнейшее развитие будет в значительной степени зависеть от сотрудничества между тремя либеральными демократиями региона и от устойчивого участия США, которые составляют ядро партнерства «3+1». Он подчеркнул, что сотрудничество не направлено против какой-либо страны, а служит общим интересам и общим проблемам безопасности.
Обращаясь к Турции, Георгиадис сказал, что за последние двадцать лет страна претерпела глубокие изменения, и ее светская и западная ориентация уступила место смеси авторитаризма, исламизма и национализма. «Мы не можем продолжать делать вид, что это стабильный и надежный партнер», — сказал он, утверждая, что эти изменения выходят за рамки Реджепа Тайипа Эрдогана и затронули всю политическую систему и государственные структуры.
Георгиадес подчеркнул, что это сотрудничество пользуется сильной поддержкой на Кипре. Он сказал, что как политическая система, так и общество поддерживают партнерство с Израилем и Грецией, а также формат «3+1» явным большинством голосов.
Он добавил, что недавний опрос показывает, что семь из десяти киприотов поддерживают сотрудничество между Израилем, Грецией и Кипром, а четыре из десяти считают Израиль ведущим партнером в области безопасности, а США занимают второе место.
В межпарламентской встрече приняли участие члены Кнессета Охад Таль и Алон Шустер, сопредседатели группы Кнессета по Восточному Средиземноморью, которая управляет отношениями с Кипром и Грецией и продвигает формат «3+1»; члены Конгресса США; представитель Греции в Парламентской ассамблее НАТО, депутат Димитрис Кайридис; исполнительный директор Ближневосточного форума Грегг Роман; а также геополитические эксперты из четырех стран.
Член Конгресса США Брэд Шнайдер, председатель Конгресса Греко-израильского альянса, заявил, что недавние события усилили важность механизма «3+1» как инструмента региональной координации и безопасности.
Член Конгресса от Республиканской партии Рэнди Файн указал на стратегические вызовы, которые Турция представляет в Восточном Средиземноморье и на Ближнем Востоке в целом. «Значительная часть дискуссии по Сирии определяется ролью Турции, — сказал Файн. — Американский дипломат, курирующий Сирию, Том Баррак, также отвечает за Турцию, что говорит о важном моменте: наше правительство явно считает эти два театра военных действий глубоко взаимосвязанными».
Охад Таль, член Кнессета и сопредседатель парламентской группы EastMed, сказал, что регион претерпел глубокие изменения после резни 7 октября. «Иран ослаб в военном, экономическом и дипломатическом плане. Его прокси-силы понесли серьезный удар. Его экономика лежит в руинах. Его народ все больше сопротивляется режиму», — сказал Таль. Однако он предупредил о новой угрозе: растущем региональном влиянии Турции.
«Стратегические вакуумы не остаются пустыми», — сказал Таль. «Турция позиционирует себя как главный покровитель радикальных исламистских движений, особенно тех, которые связаны с Братьями-мусульманами. Она принимает лидеров ХАМАС, обеспечивает им политическую легитимность и дипломатическое прикрытие, а также стремится к влиянию в Газе. В то же время Турция расширяет свое военное и политическое присутствие в Сирии, Ираке, Ливии, Египте, Восточном Средиземноморье и на Африканском Роге».